Звонарь Лука (рассказ)

Когда въ городѣ справлялось какое-нибудь церковное торжество, то въ село Покровское отправлялась чуть не цѣлая депутація съ исключительной цѣлью — приглашеніемъ Луки.

Ни торжественная архіерейская служба, ни престольный праздникъ, ни освященіе новаго храма, ничто не могло обойтись безъ его присутствія.

Несмотря еще на свой, сравнительно молодой возрастъ, лѣтъ тридцать, не больше, Лука давно уже завоевалъ репутацію не только опытнаго звонаря, но и художника.

Подъ его корявыми, узловатыми пальцами, увѣренно державшими веревки, колокола рыдали, пѣли, или мощнымъ и торжественнымъ звономъ потрясали окрестность, далеко разносяся въ воздухѣ широкой волной.

— И дастъ же Богъ талантъ человѣку! — говорили про Луку.

А самъ, Лука, на это возражалъ:

— Э, что! Послушали бы вы московскій звонъ или кіевскій, вотъ это звонъ.

Много разъ звали Луку въ городъ. Купечество, любители благолѣпнаго служенія, давали ему не малыя деньги, но онъ оставался вѣренъ своему Покровскому и говорилъ:

— Чего я тамъ, въ городѣ, не видалъ. Нуженъ я, такъ позовутъ и платой не обидятъ, а жить въ тѣснотѣ не люблю. То ли дѣло тутъ, на просторѣ.
И мѣстный причтъ и сельчане любили и дорожили Лукой.

Лука былъ бобыль. Съ малолѣтства любилъ онъ, влѣзая на колокольню, смотрѣть какъ старый, дряхлый Ѳомичъ, дрожащими руками неувѣренно дергая веревки, производилъ «трезвоны».

Затаивъ дыханіе, слѣдилъ онъ за мощной звуковой волной и не разъ въ его маленькое сердце закрадывалось сомнѣніе.

«Ужъ полно, такъ ли хорошо звонитъ Ѳомичъ? Нельзя ли лучше?»

И когда онъ откровенно говорилъ Ѳомичу, тотъ, покачивая головой, отвѣчалъ:

— Старъ ужъ я, дитятко, руки не слушаютъ, а раньше звонилъ не хуже-другихъ. Святое это дѣло, хорошее, пріучайся сыизмальства и, придетъ время, замѣнить меня.

Духъ замиралъ отъ радости у Луки, когда онъ входилъ на ветхую колокольню, раннимъ лѣтнимъ утромъ, бралъ веревки въ руки и зналъ, что вотъ, сейчасъ, ударитъ онъ и сотни рукъ на селѣ, по его мѣдному призыву, осѣнятъ себя крестнымъ знаменіемъ и вознесутъ молитву къ Творцу.

Съ колоколами онъ обращался какъ съ живыми существами, любилъ ихъ, ухаживалъ за ними, чуть не каждый день обмывая ихъ отъ голубинаго помета и часто говорилъ:

— Ужъ какой можетъ быть звукъ, коли колоколъ грязью заросъ, да и грѣхъ, вѣдь, это большой — Спаситель съ Пречистой да угодники Божьи вылиты на немъ.

Некрасивый, маленькаго роста, худощавый, съ тощей растительностью на лицѣ и головѣ, съ маленькими сѣрыми глазами, онъ совершенно преображался, когда звонилъ. Любимое, дорогое дѣло и вдохновеніе совершенно измѣняли его.

Лицо одухотворялось, глаза сверкали, весь онъ дѣлался какъ то выше и лучше, и работая руками и ногами, казалось, стремился отдѣлиться отъ земли и унестись въ высь, туда, куда, замирая и тая, улетали звуки, исторгаемые имъ изъ мѣдной груди любимцевъ. Онъ не зналъ, цѣлые ли часы или одну минуту проводилъ онъ на колокольнѣ. Онъ весь, съ головой, уходилъ в любимое, дорогое дѣло.

Цѣлыми часами подбиралъ онъ тона и мелодіи, теноркомъ напѣвая молитвы.

На Покровъ, престольный праздникъ села Покровскаго, за десятки верстъ, изъ дальнихъ селъ и деревень и конные и пѣшіе стекались православные послушать звонъ Луки. А самъ онъ еще задолго начиналъ готовиться къ этому и надъ Покровскимъ цѣлыми днями стоялъ, то нестройный и тихій, то гулкій и торжественный благовѣстъ, обѣщавшій въ день торжества вылиться въ красивую звуковую симфонію.

И наставалъ этотъ день. Въ торжественномъ молчаніи, съ непокрытыми головами стояла плотная толпа у храма, ожидая перваго удара къ божественной службѣ. Лука, тамъ, на верху, замирая отъ восторга, созерцалъ эту картину и чутьемъ художника чувствовалъ, что они, эти люди, потратившіе не мало труда, чтобы прибыть на торжество, ожидаютъ отъ него чего-то особеннаго.

И онъ превосходилъ самого себя.

Далеко, широкой волной, въ холодномъ воздухѣ, разносился торжественный благовѣстъ, то тихій и мелодичный, то сильный и мощный и всюду, куда онъ только долеталъ, рука творила крестное знаменіе, а уста произносили:

На Покровѣ, Лука старается!


Сергѣй Горбуновъ
Журнал «Кормчий», 1913 г.

spacer

Написать отзыв